Цитата

Путь к счастью - делать счастливыми других.

Расписание

Дмитрий Пшонко
Тренинг - Дыхание жизни
05 - 14 ноября 2017
г. Гокарна (Гоа, Индия)
Дмитрий Пшонко
Ретрит у подножия Гималаев
04 - 13 февраля 2018
Гималаи (Индия)
Олег Еременко
Предназначение человека: профессия, призвание, миссия
10 - 13 октября 2017
г. Краснодар

Социальные акции

Последние комментарии

30-09-2016
Расписание Марины...

http://psiholog3000.ru/obshenie/konsultacii

09-09-2016
Мужчина и женщина....

Контактные телефоны: +39 327 348 2970, +39 380 127 7941.

Новости сайта psiholog3000.ru
Только цифры, без пробелов!
Никакого спама, гарантируем!

«Золотое гетто»: «испорченные» дети богатых родителей

ava.jpeg

 

Скандальная история из личной жизни сына президентского пресс-секретаря Дмитрия Пескова снова заставила говорить об испорченных детях состоятельных и знаменитых родителей. Лишенный нравственных ориентиров ребенок из богатой семьи – почти клише, но все-таки здесь сложно делать обобщения. Психолог и коуч Марина Мелия, чьи статьи публиковались в «Ведомостях», Harvard Business Review и Forbes, много лет консультирует бизнесменов. По ее словам, лет пятнадцать назад клиенты, помимо вопросов, имеющих отношение к бизнесу, все чаще стали обращаться с проблемами, связанными с детьми. «Тема воспитания детей в богатых семьях оказалась не только сложной, болезненной, но и абсолютно новой для России», – пишет Мелия в предисловии к книге «Наши бедные/богатые дети», которая сейчас выходит в издательстве «Альпина Нон-фикшн». Мы публикуем отрывок из той части книги, где рассказывается, откуда в богатых семьях берутся проблемы с воспитанием.

Родители, добившиеся финансового благополучия и высокого социального статуса, создают для своих детей «рукотворный рай», где все на высшем уровне, все предусмотрено, стабильно и предсказуемо. Разве что погода подведет, и тогда обитатели рая перемещаются из Москвы и Петербурга в Монако и Куршевель, где их ждут тот же сервис, те же развлечения, ритм жизни, люди того же круга. У нас, взрослых, даже не возникает мысли, что в этом комфортном «пятизвездочном» мире много того, что деструктивно влияет на эмоциональное и интеллектуальное развитие ребенка, на его отношение к жизни, к людям.

Еще лет 15–20 назад бедные и богатые в России жили в одних районах, вместе работали, поддерживали родственные и дружеские отношения. Сегодня все изменилось: не осталось ни мест, где они могли бы встретиться (разве что автострады и социальные сети), ни общих интересов, ни совместных дел. Зачем богатому полагаться на друзей, обращаться за помощью к близким, если любую услугу можно купить? Не с кем оставить ребенка – приглашаем няню, депрессия – идем к психотерапевту, в аптеку съездит водитель, «соль и спички» закажем по интернету. Мы живем, учимся, делаем покупки, лечимся, развлекаемся, отдыхаем каждый в своей «галактике».

Социальное расслоение растет, богатые отгораживаются от общества и физически, покупая жилье в «специальных» местах, и психологически, очерчивая свой круг, стараясь держаться людей с тем же социальным статусом, достатком и во многом схожими ценностями. Как отбирается ровня? Обычно по двум критериям – это богатство и статус. Логика простая: те, чье благосостояние и социальное положение не дотягивают до определенного уровня, не обладают необходимыми достоинствами и добродетелями.

Стремление к изоляции подогревается недоверием к окружающим. Человеку состоятельному порой трудно понять истинные мотивы чужих поступков, он склонен во всем видеть меркантильный интерес, боится нарваться на «золотоискателей» и постоянно мучает себя вопросом «Любят меня или мои деньги?»

Из таких комплексов, сомнений и амбиций по кирпичику выстраивается своего рода «невидимая стена», отделяющая «золотое гетто» от остального мира. Но если для взрослых социальная изоляция – это их сознательный выбор, то ребенок – заложник ситуации.

Дети из обычных семей гуляют во дворе, ходят с родителями за покупками, а став постарше, сами добираются в школу, выполняют родительские поручения и таким образом набираются опыта и впечатлений. Сначала это мозаика из случайных фактов, наблюдений, услышанных историй. Но из нее постепенно складывается ясное и вполне достоверное представление о реальной жизни.

«Золотой» ребенок не знает, что такое рынок, химчистка, аптека. Куда бы он ни отправился – в школу, в гости, в театр, в музей, его перевозят на автомобиле – от двери до двери. Незапланированные контакты, неожиданные встречи или случайные события просто исключены. Общение ограничено кругом родственников и друзей родителей, таких же успешных и состоятельных.

Дети быстро перенимают принятую в этой среде оценку окружающих по формальным, внешним признакам: сколько стоит твой автомобиль, какие на тебе часы, где ты учишься, какую должность занимает твой папа, чем владеет твоя семья. Если это дорого и «на должном уровне», значит ты умный и приятный в общении человек, если «не добираешь» – тебя отсекают как недостойного.

Деньги становятся мерой всех вещей, а успех в его денежном выражении – самым верным знаком и правоты, и ума, и даже, как сказал бы Макс Вебер, богоизбранности. Эта «мифология денег» позволяет успешным людям не только испытывать чувство превосходства над теми, кто не сумел разбогатеть, но и приписывать «неудачникам» негативные качества – глупость, трусость, нерасторопность, лень. Проще говоря, «если ты такой умный, то почему такой бедный?» Отсюда и плохо скрываемое презрение к слабым, аутсайдерам, «лузерам», и своего рода «социальный нарциссизм». Все это в той или иной форме транслируется детям, и мир для ребенка делится на две части: одна – это избранные, к которым принадлежит и его семья, а вторая – так называемые нищеброды, плебс.

Если папы, как правило, включены в широкий социальный контекст, то мамы в большинстве своем не выходят за пределы привычного круга общения и не выпускают из него детей. А ведь именно мамы занимаются воспитанием. Буквально с пеленок они строго изучают «контингент» – сначала детских садов, потом школ, всех потенциальных друзей и одноклассников просеивают, как сквозь сито: что за семья, кто родители, где живут, чтобы исключить нежелательные контакты.

Родители хотят, чтобы друзья детей тоже были «под стать», и дети нередко лишены права выбирать себе друзей. Родители все за них решают, требуют знакомить с приятелями, редко куда-нибудь отпускают одних. Ровесников они видят в основном на отдыхе и по праздникам, когда приходят гости с детьми или все отправляются в ресторан, где малышей развлекают в специально организованном пространстве.

 

На рынке, например, появилась услуга «купи друга»

 

Когда родители вдруг замечают, что ребенок ни с кем не дружит, прячется за компьютер или сиднем сидит в загородном доме, они пытаются что-нибудь предпринять – ведут его к психологу или на тренинг. Есть спрос – будут и предложения, в том числе сомнительные. На рынке, например, появилась услуга «купи друга». «Друзьями» богатых детей становятся умные, воспитанные, аккуратные мальчики и девочки из приличных, но, увы, бедных семей, нуждающихся в деньгах. Будущих «друзей» заранее знакомят с особенностями «клиента», рассказывают о его характере, интересах, проблемах, а потом «внедряют» в семью. Подружившись, дети вместе ездят в путешествия и на экскурсии, иногда «друг» даже помогает в учебе или работает над тем, чтобы избавить «клиента» от какой-нибудь вредной привычки. При этом ребенку, конечно, не говорят о том, что «друга» ему купили.

Сент-Экзюпери писал в «Маленьком принце»: «У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. Они покупают вещи готовыми в магазинах. Но ведь нет таких магазинов, где торговали бы друзьями, и потому люди больше не имеют друзей». Однако времена меняются.

Казалось бы, о какой изоляции может идти речь, если дети из богатых семей много путешествуют? Однажды я возвращалась из Парижа, и моими соседями в салоне самолета были совладелица юридической фирмы и ее десятилетняя дочка. Они провели в Париже всего три дня: свободного времени у мамы было катастрофически мало, а ей хотелось отдохнуть и забыть о делах. Мы разговорились, я сказала, что работаю над книгой о бедных детях богатых родителей. Моей попутчице эта тема была близка, ведь у нее росла дочь. Она согласилась с тем, как важно прививать детям правильные представления о мире и людях, расширять их кругозор, используя любую возможность. А потом мы заговорили о парижских впечатлениях. Оказалось, что все три дня они провели в магазинах и мишленовских ресторанах, где мама со своими парижскими приятельницами бурно обсуждала покупки, наряды из последних коллекций, цены, светские мероприятия. А как же Лувр? А Центр Помпиду? А прогулки по городу – не по парадным авеню, не по Елисейским Полям, а по старым улочкам, где можно посидеть в недорогих кафе и пообщаться с настоящими парижанами – ведь девочка учила французский с четырех лет? Нет, этого не было. На мой вопрос «Как тебе, понравилось в Париже?» девочка безразлично ответила: «Да как везде». Для нее это действительно было «как везде и как всегда» – что в Париже, что в Милане, что в Нью-Йорке. Список мест, где она успела побывать, поражает своим разнообразием, а мир, который она при этом видела, – однообразием. Меняются названия, а по сути ничего нового: все те же лимузины, магазины, рестораны, те же мамины подруги, те же разговоры.

Действительно интересные, образованные родители, у которых есть возможность рассказать и показать, «раздвинуть рамки», «расширить горизонты» для своих детей, фактически предлагают им один и тот же глянцевый вариант с небольшими поправками на место и время. Получается, как в старом рекламном слогане: «При всем богатстве выбора другой альтернативы нет». Вместо пестрой, разнородной, подчас противоречивой картины жизни, дети видят ее маленький, выхолощенный, отформатированный и тщательно подретушированный фрагмент. А остальная часть «полотна» от них скрыта: все, что происходит за границами «гетто», для них как неосвоенный космос, им неизвестны действующие там правила и непонятны живущие там люди.

Можно возразить: почему мы говорим об однородности среды, когда вокруг ребенка вьется целый рой «других» взрослых – это учителя, тренеры, инструкторы, няни, гувернантки, водители, охранники, горничные. Вот же они, люди из «обычного» мира, с разным образованием, профессиональным и жизненным опытом. Но все эти взрослые занимают по отношению к ребенку особую позицию – они работают на его родителей, а значит зависят и от них, и от него.

 

Низкий социальный интеллект

 


Успеха в жизни часто добиваются люди, от которых этого не ждали ни учителя, ни родители. Ребенок, большую часть времени проводивший во дворе, «хулиган, бездельник, троечник», вдруг оказывается гораздо успешнее своих одноклассников, которые все детство просидели за учебниками. Разгадка не в «случайной удаче» или «счастливой судьбе», а в социальном интеллекте.

Что такое социальный интеллект? Это в том числе понимание людей, мотивов их поведения, способность влиять на других, предвидеть реакцию на свои слова и поступки, чувствовать границы в общении. По подсчетам ученых Гарвардского университета, значимость формального интеллекта (IQ) для достижения успеха составляет не более 20 %, а главную роль играет именно социальный интеллект. От того, насколько он развит, зависит наша социальная адаптация и в конечном счете наша успешность.

Я слышала, как родители говорили о сыне: «Он у нас такой умный – знает пять языков». Но владения языками недостаточно для того, чтобы назвать человека умным. Можно получить три высших образования в самых престижных университетах, выучить пять, десять языков, но не суметь на своем родном попросить о помощи так, чтобы тебе захотели помочь, или отказать так, чтобы больше не предлагали. В то же время отец мальчика – человек, не говорящий ни на одном иностранном языке, – прекрасно себя чувствует в сложных ситуациях общения в любой стране. Знание жизни, умение взаимодействовать с представителями разных социальных слоев – вот его главное конкурентное преимущество. И это тот фундамент, который закладывается в детстве.

Исследователи из Пенсильванского университета и Университета Дюка в течение 20 лет наблюдали более 700 детей – от детсадовского возраста до 25 лет. Оказалось, что «социально компетентные» дети, способные легко общаться, помогать окружающим, понимать их чувства, как правило, получают высшее образование, полноценную работу и к 25 годам бывают гораздо успешнее своих сверстников. «Это исследование показывает, что помощь в развитии социальных навыков – один из наиболее важных моментов в подготовке детей к взрослой жизни, – говорит Кристин Шуберт, программный директор фонда, финансировавшего это исследование. – Именно эти навыки во многом определяют, каким будет будущее ребенка – отправится он в университет или в тюрьму».
У детей из «золотого гетто» катастрофически мало реальных контактов, опыта общения и возможностей научиться понимать людей.

Они прекрасно умеют оценивать «упаковку», но при этом не способны видеть содержание человека, его реальные качества, определять, кто действительно хорошо к ним относится, а кто лишь пытается использовать. Проблема не только в том, что это существенно сужает и без того узкий и однородный круг общения: порой это выливается в полное отсутствие социального иммунитета, а значит, в будущем их могут ждать неприятные сюрпризы и разочарования.

Один из моих клиентов, владелец банка, только начав работать в этой сфере, выдал несколько крупных кредитов, которые так и не были возвращены. «Коммерсанты», втершиеся к нему в доверие, оказались мошенниками. Это можно было предвидеть, если бы он умел разбираться в людях. Он рос в советское время в интеллигентной семье, но в рабочем районе на окраине Москвы. Конечно, это не «золотое гетто», но родители всеми силами старались уберечь его от «дурного влияния» – запрещали спускаться во двор и играть с соседскими детьми, ведь они не были «ровней» их единственному сыну – у одного отец пил, а у другого даже сидел в тюрьме. Чему они могли научить умненького, воспитанного ребенка? А когда мальчик, наконец, вышел из своего «стерильного» мира в реальный, оказалось, что он не умеет анализировать поведение людей, оценивать их характер, мотивацию, намерения и определять, кому можно доверять, а кому нет. Пришлось проводить специальные тренинги. И теперь, после многих часов занятий и разбора различных ситуаций, он удивляется: «Как я мог попасться на такую грубо сколоченную авантюру?»

В жизни обычного ребенка всегда присутствуют сверстники. Они могут быть друзьями или врагами, относиться доброжелательно или «строить козни», но с ними так или иначе приходится вступать во взаимодействие: в большом классе – отвоевывать себе «место под солнцем», во дворе – выбирать, кто друг, а кто нет. В школе, где учитель не смотрит тебе в рот, где деньги твоих родителей ничего не значат, тебе самому придется решать проблемы. В одном случае – договориться, в другом – схитрить, возможно, списать у приятеля, сказать учителю, как ты плохо себя чувствуешь, сбежать с уроков. Жизнь ставит перед ребенком задачи, для выполнения которых необходимо чего-то добиваться от людей с разными взглядами, ценностями и характером.

В идеальном мире «золотого гетто» такие задачи перед детьми не стоят. В их поведенческом репертуаре всего два главных варианта общения – со «всемогущими» родителями и с зависимыми взрослыми. А вот общение с равными, которые от них никак не зависят и могут поступать, как им вздумается, становится проблемой. Для нас, взрослых, совершенно очевидно, что все мы разные, кому-то ты нравишься, а кого-то раздражаешь и отталкиваешь. И это нормально, по-другому и не бывает. Дети, из жизни которых были удалены все негативные факторы, и которые видели только доброжелательность, восхищение или даже подобострастие, не готовы к тому, что их могут не любить. Прибавьте сюда неспособность понимать чувства других – ведь их этому не учили, – и станет ясно, почему они не могут полноценно взаимодействовать в школе, в спортивных секциях, на творческих занятиях.

Дети из состоятельных семей постоянно меняют школы, иногда по пять-десять раз за все время обучения – это уже тенденция. И везде одно и то же: учителя придираются, не ценят, не понимают, одноклассники тупые, грубые, приставучие, завистливые. Но, может быть, дело не в одноклассниках и учителях, а в самих детях, которым не хватает элементарных навыков общения и умения находить общий язык с разными людьми?

Добавить комментарий